Кошка Машка и уроки химии

В школе было интересное задание (по химии, по-моему) — вырастить кристаллы соли на нитке. Материалами служил насыщенный солевой раствор и нитка. Вырастали кристаллы разной формы. Это было очень занимательно и красиво, следить за тем как на нитке скапливаются мелкие кристаллики, вырастая и образуя разнообразные узоры. Но никогда я не думала, что мне доведется увидеть такие кристаллы, выращенные в животном.

Кошка Машка попала к нам в клинику еще осенью. Хозяин, очень приятный пожилой мужчина, жаловался на учащенное болезненное мочеиспускание с кровью, причем сразу сказал — у нее два года назад были камни в мочевом пузыре и их удаляли. Машке сделали УЗИ, нашли камень, один и небольшой, буквально 3х3 мм. Так как кошке недавно сменили рацион — все стали грешить на кормление и предложили хозяину для начала попробовать полечить без операции, а разрезать и достать всегда успеем. А вдруг на диете и уколах камень потихоньку растворится и не придется класть кошку на операционный стол.
Первое время все шло хорошо: боли прошли, отек и воспаление со стенок мочевого пузыря сняли, камень не уменьшался, но и не увеличивался и особого дискомфорта кошке не оставлял, поэтому по окончании активного лечения Машке прописали строгую диету и отправили домой, наказав явиться на повторный осмотр через месяц. Кошка чувствовала себя отлично, не жаловалась и удовольствием ела корм, наедая бока. Она вообще умница, все уколы терпела, только к хозяину прижималась покрепче и глаза прикрывала.

Прошло чуть больше месяца, когда в клинику снова принесли Машку. Причем, я как всегда, не узнала хозяина, но сразу опознала старенькую авторскую переноску, сшитую для Машки хозяйкой. Переноска представляла собой сумку из различной ткани, видимо, той что имелась в наличии и была так потрепана годами, что казалось вот-вот развалится. Хозяин выгрузил кошку на стол и сказал:
— Теперь все хуже, она второй день плачет, с лотка вообще не уходит, в лотке уже одна кровь… А сегодня так тужилась, что ее прям на лотке и вырвало. Прооперируйте ее, пожалуйста.
— Хорошо, но перед этим нужно сделать УЗИ и посмотреть как там дела.
УЗИ показало неутешительную картину: за месяц камень вырос и теперь ярко светился на экране, пугая размерами: 1.7х0.5 см.
— Он очень большой, — говорю потрясенно, — к сожалению, все наши меры не помогли и ее действительно придется оперировать. Вы готовы?
Хозяин только кивнул.

Откладывать не стали, забрали Машку, поставили ей внутривенный катетер, дали анестезию. Ассистентка быстро приготовила все необходимое, дело происходило в начале смены и операционная с инструментами были готовы, только вытащить из стерилизатора и разложить. Я привычно качнула головой, отвергая предложенную шапочку и натянула свою «счастливую» — старенькую, застиранную, с разноцветными собачками. Маска, халат, перчатки, кошка лежит на столе с чисто выбритым и обработанным животом.
— Ну что, поехали, — и делаю первый надрез. Ох, если бы я знала тогда, что это займет куда больше времени и сил, чем предполагалось.
Конечно, в приемную периодически ломились люди, не обращая внимания на объявление «Дежурный врач на операции, просьба не беспокоить», поэтому ассистентка придвинула инструменты поближе ко мне и ушла заниматься текущими пациентами. Я уже привыкла оперировать одна и спокойно ее отпустила.
Машка оказалась с сюрпризом, причем неприятным. Во-первых, когда ее оперировали в прошлый раз, брюшную стенку зашили довольно криво и найти кусочек с минимальным количеством сосудов удалось с трудом. Обычно у животных есть так называемая «белая линия» — участок посередине, который является слиянием апоневрозов мышц и сосудов там нет, по ней очень удобно делать разрез. У Машки такого не наблюдалось, зато был кривоватый шов на этом месте, сделанный нерассасывающимся шовным материалом. И я распарывала этот шов, а затем и рубец под ним тихонько ругаясь, потому что по грубому рубцу резать не очень удобно. Во-вторых, мочевой пузырь был ушит тоже нерассасывающимся швом, что вообще-то недопустимо. Потому что на этом шве в полости мочевого пузыря как раз начинают нарастать соли, образуя камни. В-третьих, тот кто оперировал кошку до меня решил, что неплохо будет обмотать мочевой пузырь сальником (это такие толстые жировые складки в брюшной полости) и хорошенько этот сальник пришить. Так как сам мочевой ушивается в два слоя, сальник был пришит только верхним слоем. После долгих стараний я смогла освободить часть стенки мочевого пузыря от этого своеобразного «жирового мешка», причем разрез на животе пришлось сильно расширить из-за общей упитанности кошки и из-за того, что места для маневра не хватало. Но мне не понравился тот участок, что я освободила, так как там было слишком много сосудов и близко к уретре. И я копошилась дальше, бурча себе под нос. Так увлеклась, что ассистентку, которая освободилась и пришла помочь, заметила только когда она промокнула салфеткой кровь и подала мне пинцет. Когда необходимый участок был найден и освобожден, а мочевой пузырь полностью опорожнен, я вздохнула посвободнее. Дело оставалось за малым: разрез, достать камень, который оказался не единым, а состоящим из пяти мелких солевых кристаллов, прощупать те нитки, на которых это богатство наросло (пять кристаллов на пяти швах), промыть мочевой пузырь. Ушить сначала внутри, чтобы прикрыть прошлый шов, на котором запросто могли накапливаться соли снова и снова, но убрать который просто не представлялось возможным, пришлось бы совсем разобрать кошку и срезать весь участок шва большим куском вместе со стенками мочевого пузыря, в которые он уже врос. А так над ним просто была сделана пара надрезов и ушито все рассасывающимся материалом, чтобы когда слизистая срастется старые нитки не имели контакта с мочой. Зашить свой разрез по всем правилам в два слоя. Проверить швы еще раз, вернуть на место мочевой пузырь и сальник, привычно собрать кошкин живот в первоначальный вид. Отмыть кровь, одеть попону, отнести в стационар и оставить на попечение ассистентки, которая уже с капельницей и шприцами наготове ждет команды. А затем приземлиться на свое жалобно скрипнувшее кресло и, наконец, расслабиться.
В стационаре Машка у нас пробыла до утра. Я перестраховщик и в таких случаях оставляю животных у себя, чтобы понаблюдать. Кошка уже к вечеру с удовольствием поела, отвечала на ласку и терпела уколы. Только теперь она утыкалась головой не в хозяйский живот, а в мой. И точно так же прикрывала глаза. Я все бегала к ней, чтобы проверить как дела с мочеиспусканием и, зайдя в стационар очередной раз, обрадованно наблюдала как умничка Машка сидит в лотке. В чужом помещении, в клетке, после операции она все-равно нашла лоток (тоже чужой, да еще и после обработки ничем не пахнущий) и делала все свои дела только туда. И ее жутко возмущало, когда я засовывала голову в клетку и обрадованно рассматривала свежую лужу. Я комментировала лужу, а Маша комментировала мое наглое поведение.

А утром за Машкой пришел хозяин. Положил на стол старенькую переноску и спросил:
— Все хорошо? Точно все в порядке?
— Все хорошо. Мы постарались сделать так, чтобы не было рецидивов. Давайте я расскажу как за ней ухаживать, ее сейчас принесут. И… знаете, она вела себя как примерная девочка, она просто молодец.
Он улыбался и морщинки лучиками расходились от его глаз.
— Но, — добавила я, — в этой переноске я ее домой не отпущу. Давайте я сделаю Маше небольшой подарок, новую переноску, она заслужила. Отказ не принимается, Вам в любом случае пригодится, на дачу в обновке ездить будет.
— Спасибо, — снова улыбается.
Домой Маша поехала уже в красивой новой переноске.

Период реабилитации пролетел незаметно. Шов заживал хорошо. Кошка ела, ходила в лоток без проблем, давала обрабатывать шов и была недовольна тем, что все еще носит попону. На двенадцатый день я сняла швы, еще раз повторила про диету и отпустила, надеясь что больше Машкин мочевой пузырь никогда не превратится в солевую шахту.

Метки: , , , , . Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

:bye:  :good:  :negative:  :scratch:  :wacko:  :yahoo:  B-)  :heart:  :rose:  :-)  :whistle:  :yes:  :cry:  :mail:  :-( 
:unsure:  ;-)