Две капельки любви

Жил-был мальчик Коля.
Инвалид. Колясочник.
Несколько раз в неделю Коля ездил на специальные процедуры, а по пути кормил кошку, обитающую при парке. Кошка его узнавала, выбегала и терлась о коляску, запрыгивала на руки. Родители не запрещали, они поощряли любовь и доброту, хотя своих животных в доме не было — не до них.
Однажды кошка вышла не одна, а с двумя прелестными котятами — белой девочкой и серо-полосатым мальчиком. Мальчика быстро пристроили, а девочку брать никто не хотел, хотя на глазах вырастала зеленоглазая пушистая красавица, быстро меняющая белоснежный цвет шерсти на пыльно-серый. Две дамы чинно выходили, делали круг вокруг «кормильца» и его мамы, и терлись о ноги, ждали пока поставят их миски (чисто вымытые дома и прихваченные с собой) и наполнят их вкусным паштетом.
Когда белой кошке исполнилось полгода, она стала выходить одна. Вторую кошку долго искали, звали и ждали, но она больше не появилась. Через месяц родители мальчика выловили меня через общих знакомых — мать шла с работы и нашла старшую кошку, умирающую в парке под деревом.
Я осмотрела тощее тело с огромным, шарообразным животом… первое, что пришло в голову — вирусный перитонит. С одной стороны — нужно брать анализ, чтоб доказать заболевание, анализ делается несколько суток, экспресс — час, но еще нужно довезти до лаборатории. Осмотрела еще раз. Подняла за передние лапы. Живот остался шарообразным. А должен был стать грушевидным, так как жидкость «перетекла» бы вниз. Не очень-то похоже на перитонит. Говорю, что нужна операция. К себе отвезти не могу, у меня дома два кота, а кошка может оказаться носителем какого угодно заболевания. Домой к ним нельзя, кошка двумя лапами на том свете, а травмировать психику ребенка люди не хотели.
Так я впервые провела операцию в продуктовом магазине, где работала мама Коли. Выкатили холодильник в центр, там свет ярче, застелили клеенками, как могли обработали… Закрыли магазин на учет, благо директор оказалась человеком понимающим и сострадательным. Какое там предоперационное обследование, только беглый осмотр, аускультация и — катетер в вену. Хорошо, что в магазинах есть весы. Анестезия. Грудная клетка вздымается почти незаметно, очень сложно следить, тем более миниатюрная худенькая кошка почти целиком скрылась под операционным полем. Разрез — пиометра, так и знала, что там закрытая пиометра. Огромная, заполненная гноем матка, занимала всю брюшную полость. С первого раза даже вытащить не удалось, пришлось сначала откачать примерно 200 мл гноя. В помещении жарко, окна закрыты, под руками холодное, застывшее тело, и лишь видно как редко-редко вздымается грудная клетка и часто пульсируют сосуды, питающие органы.
Продавец бегала в аптеку за кислородным баллоном, грелкой и растворами для капельниц. Грелку так и не нашли, пришлось выливать минеральную воду из бутылок и заполнять их горячей водой. Еще одну бутылку использовали для создания кустарной кислородной маски. Кошку удачно прооперировали, зашили, положили в ящик с горячими бутылками, укрытыми полотенцами, накрыли, надели маску. Баллон — это не аппарат ИВЛ, пришлось работать руками, подавая бедолаге необходимый кислород. Я ждала только одного — чтоб она моргнула раз-другой, затем попыталась облизаться онемевшим языком. Чтоб она двигала сначала передними лапами, потом встала, пошатываясь, и попыталась куда-то пойти. Слишком мало шансов у нее было, даже при удачном исходе операции — организм еще очень слаб.
У кошки были очень красивые голубые глаза. Редко можно увидеть такого небесного цвета глаза у уличных «санитаров города». В магазине, где ее выхаживали первую неделю, ее назвали Маргариткой. Первые пару дней она провела на капельницах, затем начала кушать сама. Сметала все, что дают. А давали много: и сметанку, и молочко, и рыбку сырую, и мяско, и оливки, потому что ж просит, даже в ящик с печеньем залезла и подъела.
Естественно, при таком раскладе, ослабленный организм не выдержал и запросил пощады. Мне позвонили через неделю после операции: кошкин чудесный аппетит резко пропал, а в лоточке стали появляться лужицы жидкого кала, пахнущего далеко не цветами. Диету, естественно, не соблюдали, какая уж там диета, «если так умильно просит!», кормом кормила только женщина, с которой мы подобрали эту кошку. Тут мне, как всегда при невыполнении рекомендаций, вспоминается жуткий случай, когда я посоветовала брызнуть собаке в нос спрей однократно, а хозяева брызгали две недели, несмотря на дичайшие боли и сопротивление собаки. В итоге — кошмарный синусит, лобные пазухи раздуло как мячик, а хозяева стоят моргают на назначения, где желтым маркером выделено слово «однократно». В случае с кошкой все не так страшно, диарею быстро купировали, на корм перевели, доброхотов пожурили. И решили, что кошке не место в магазине.
Пару дней она сидела в клинике у моих знакомых, где как раз удачно освободилось бесплатное койко-место для одного бездомного хвоста. А потом мальчик Коля вернулся после очередных процедур домой, а там его ждала Маргаритка и ее безымянная белоснежная дочка. Нет, никаких чудесных сдвигов и выздоровлений не произошло. И даже до дня рождения Коли было еще пол-года. Просто в один прекрасный день две кошки из парка нашли себе настоящих любящих хозяев, теплый дом и добрые руки. А это уже само по себе маленькое чудо.
Я познакомилась с Колей, когда приезжала к ним домой стерилизовать вторую кошку. Уже давно не безымянную — кошку назвали Наташкой (было относительно приятно, да). Так приятно, когда тебя выходят встречать две ухоженные пушистые красавицы, учитывая, что одну из них пару месяцев назад ты помнишь одиноким холодным скелетиком под деревом в парке. Коля оказался очень приятным молодым человеком, внимательным и заботливым, давно я не отвечала на такое огромное количество вопросов про кошек, часть из них даже поставила меня в тупик. Потом, когда мы сидели с кошкой под капельницей, родители рассказали, что их ответственный сын взял себе какую-то работу на дому, вопреки их возражениям, чтоб обеспечивать своим кошкам полноценный уход, хорошее кормление и возможность баловать их диванчиками и новыми когтеточками. И учебу не забросил, наоборот, стал стараться еще больше. Родители радуются, говорят, сын стал будто светиться изнутри, перестал хандрить, нашел себе хобби и теперь рисует, захотел учиться играть на пианино. Приятно видеть, как люди становятся лучше, становится тепло на душе. А всего-то — нужно было еще две капельки любви.

Метки: , . Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

:bye:  :good:  :negative:  :scratch:  :wacko:  :yahoo:  B-)  :heart:  :rose:  :-)  :whistle:  :yes:  :cry:  :mail:  :-( 
:unsure:  ;-)