«Волшебная палочка»

Есть в профессии ветеринарного врача такая заноза, как люди, ждущие «эффект волшебной палочки» от одного посещения, при этом чтобы самим ничего не делать. Довел животное до крайнего состояния, сводил к врачу и вот зверь снова бодр и здоров. А если вдруг этого не произошло — виноват кто? Доктор, фу, нехороший доктор, не вылечил.
Моей персональной занозой достаточно долго была дамочка с пекинесом. Она появилась на пороге кабинета прекрасным летним утром, поставила на смотровой стол симпатичную сумочку и достала из этой сумочки грязный вонючий колтун. Из колтуна торчали кончики коротких лап и и маслянисто блестели глазки. Честно говоря, пекинеса опознать я смогла не сразу, а в то, что собака изначально домашняя и «да свалялась немного, он не дает вычесываться» поверить было сложно. Обычно в таком состоянии нам приносят подобранных с улицы длинношерстных собачек, когда прежде, чем осматривать приходится обстригать бедолагу полностью, так как им как минимум тяжело двигаться, находясь в коконе собственной шерсти.
То, что песик любимый было продемонстрировано сразу — колтун расцеловали в глазки и область, где должна находиться морда. То, что он хозяйку ни во что не ставит тоже — в ответ на проявление чувств он попытался с рычанием отгрызть ей нос.
— Он агрессивный? — сразу спросила я.
— Ой нет, он просто защищает свое достоинство и не любит, когда с ним что-нибудь делают!
— Хорошо, давайте по-другому… Он кусается?
— Да, конечно, если ему что-то не нравится!
Не нравилось пекинесу все. Клиника, весы, смотровой стол, хозяйка. А больше всех не нравилась я, пока я расспрашивала хозяйку о жалобах он пытался добраться до моих рук несколько раз. Что, в свою очередь, никак не настраивало на положительный лад.
Жалоба была на несколько незаживающих ран между пальцами, из которых постоянно сочился гной. Для того, чтобы осмотреть лапы собаку пришлось фиксировать, замотав в несколько полотенец и пока хозяйка с ассистентом в четыре руки держали рычащий комок я выстригала шерсть между пальчиками, чтобы хотя бы добраться до проблемы. Добралась, ужаснулась: несколько крупных запущенных межпальцевых абсцессов со свищами в разные стороны. Но эта проблема выглядит страшно только с одной стороны, на самом деле она лечится хорошо, просто долго и муторно. Как и любое дерматологическое заболевание.
Пока собака и люди отдыхали от боя в полотенцах я расспрашивала хозяйку:
— Лечили?
— Да, вот уже несколько лет лечим.
— Чем?
— Уколы какие-то ставили пару раз в месяц.
— А обрабатываете чем? Антибиотики какие давали?
— А он не дает обрабатывать, не дает делать себе уколы часто и таблетки не ест. Так что придумайте как это вылечить без обработок и антибиотиков, а то столько врачей обошли никто не помог. Вас нам посоветовали как хорошего врача, может быть вы поможете?
Очень долго я пыталась втолковать, что такие вещи без обработок не вылечить. Что антибиотики все-равно нужны будут, причем очень длительным курсом. Почти час объясняла все плюсы и минусы различных схем. В итоге сошлись на том, что возьмем анализ на посев, выясним какие бактерии или грибы живут в лапах, чтобы можно было назначить адекватное лечение. А до этого я предложила просто промывать свищи и полости антисептиками, а если сложно делать это дома — приходить в клинику, тут помогут зафиксировать и хорошенько обработают. К сожалению, все мое красноречие разбилось вдребезги, когда хозяйка сделала вывод:
— Посев возьмем, а насчет длительного курса антибиотика я не согласна. Я сама медик и знаю как антибиотики вредны, а вы хотите аж на несколько недель! Это же печень посадит и весь иммунитет! Промывать носить мне его тоже тяжело, поэтому мы подождем результаты посева. А пока просто сделайте нам какой-нибудь укольчик.
— Но короткий курс в случай с дерматологическими заболеваниями животных неэффективен, неправильно сравнивать людей и животных…
— Нет, я не хочу, берите анализ и давайте укол.
Настал тот момент, когда хочется попросить поискать другого врача и забыть об этом как о страшном сне. Но в клинике я человек подневольный, просто так отказаться не могу, приходится заталкивать негатив поглубже и делать. Причем делать, прекрасно зная, что вот такое через «не хочу», когда хозяева не хотят принимать участие в лечении животного, у меня вечно выходит боком. А выбора нет.
Анализы взяли, снова завернув маленького агрессора в полотенца. Уколы делать не стала, потому что хозяйка не смогла назвать мне препарат, которым «лечили» собаку и который «помогал» на 1-2 недели, а придумывать что-то уже не хотелось. Попутно я посоветовала разобраться с огромным колтуном, который должен быть шерстью, ведь под такими «валенками» обычно находится еще несколько сюрпризов. Но оказалось, что помыть, вычесать или просто постричь собаку никто не может, все грумеры от них отказываются, когда «милый малыш» начинает кидаться на руки приблизившихся к нему людей.
— А у вас нет адекватного грумера? — с надеждой спросила хозяйка.
«Адекватные есть, поэтому за вас никто не возьмется, да и мне хороших людей жалко» — подумала я и сказала:
— Нет, у меня нет знакомых грумеров, могу только предложить под легким наркозом сбрить этот ужас машинкой. Отрастет, если ухаживать, будет нормальная шерсть.
— Ой, нет! Это жестоко! Ему и так неплохо, вроде не жалуется.
Ну да… Скорее всего собака кидается на все, что движется не только от плохого воспитания, но и из-за постоянных болей и дискомфорта. Но объяснять это владелице по второму разу не было ни сил, ни желания, она уже вбила себе в голову что у ее питомца просто вредный характер, поэтому я просто пожала плечами и отпустила их на срок две недели, именно столько нужно для подготовки полноценного БАК-посева. Единственное, что назначила — строго носить защитный воротник, чтобы пес прекратил вылизывать лапы, потому что так он делает еще хуже.
Когда дверь закрылась, я сняла перчатки, открыла окно на проветривание и с силой провела рукой по лицу, чтобы хоть немного прийти в себя.
— Что это было? — шокированно спросил молчавший во время приема ассистент. Новенький, поставили ко мне на обучение и в первый же день увидеть такое.
— Это? Это особая категория клиентов. Они тренируют твои нервы и чувство собственной ничтожности. А ты что, думал будешь помогать животным и наслаждаться? Нееееет, ты в основном будешь общаться с людьми, закаляй нервы.

Две недели я откровенно наслаждалась прекрасными пациентами, иногда кусачими, иногда царапающимися, но не желающими сожрать меня просто за то, что я есть и стою рядом. И их прекрасными хозяевами, которые действительно слушали, принимали участие в лечении и понимали для чего мы все это делаем. На самом деле все было так идеально, что я не понимала — то ли я сплю, то ли это расплата мироздания за те невероятные полтора часа ужаса и непонимания. Или предоплата…
Через две недели пришел результат анализа, взятого из лап пекинеса. Он шокировал: в одном месте жили 4 разные бактерии и 2 грибковые культуры. Конечно, ничего не заживает, такое богатство лечить не просто, как минимум несколько месяцев. Я подумала, что увидев результаты анализа хозяйка поймет всю серьезность ситуации и согласится с тем, что песика необходимо все же нормально пролечивать и что один укол, который работает неделю тут не поможет никак, каким бы волшебным он ни был. Особенно, если она позиционирует себя как медика. С радужными мыслями и новыми силами я позвонила и попросила подойти на прием.

На этот раз вместо колтуна пес выглядел немного поеденным молью, неровным, но все же стриженным. Я вежливо выслушала как сложно было с ним справиться и что он в процессе стрижки перекусал всю семью, осмотрела тело, нашла несколько экзем, опрелости и сыпь, снова посмотрела лапы, которые стали выглядеть только хуже.
— Воротник одевали?
— Да, но ему неудобно было, бесился, мы сняли и больше одеть воротник на себя он не дал. Поэтому пришлось так.
— Поймите… У него серьезная запущенная инфекция, это сейчас между пальцами дырки и гной течет, ведь все может дойти и до костных структур, до сепсиса, до ампутации, наконец, если запустить и не лечить! Вот, смотрите, какой букет, тут в любом случае нужно лечить, длительный курс антибиотиков, противогрибковые препараты, обработки и воротник обязательно, потому что без этого никакого толка нет. Лечение должно быть комплексным, только так мы сможем победить заразу. Чтобы вам было удобнее, я назначу все в уколах, если сами не можете делать и обрабатывать — приходите в клинику, мы поможем. И воротник оденем, ваша задача его просто не снимать, он в нем прекрасно сможет и есть, и спать. Периодически его желательно купать со специальным шампунем, чтобы обработать пораженную кожу.
Все мое красноречие уходило на то, чтобы дать хозяйке понять, что лечить собаку действительно нужно. Я выдохлась и вопросительно посмотрела на женщину, ожидая ее решения.
— Ну не знаю, — после длительного молчания протянула она, — все это так сложно, раньше вот делали укол и он помогал, ненадолго, но помогал же. И никаких трудоемких процессов. А тут целый комплекс, мучить его, себя…
— Я представляю, что за укол вам делали. Противовоспалительное, глушили процесс, но такие препараты негативно сказываются на надпочечниках, да и лечением не являются. В итоге оно только усугубит процесс, понимаете?
— Да понимаю, но я пока не готова всем этим заниматься. Вы мне напишите что делать, может начну, если решусь. И скажите, а это заразно для человека?
— Все зависит от вашего иммунитета и того, насколько близко вы с ним контактируете, — я начала писать назначения, прекрасно понимая, что вряд ли им последуют, но теша себя надеждой. Собаку было откровенно жалко.
— Например, мы с ним купаемся в одной ванной несколько раз в неделю, он очень любит со мной купаться, особенно если ванная с пеной. А у меня давно не проходит, — наклоняясь ко мне и переходя на шепот, — молочница, ужас замучилась.
Я в полном шоке смотрела на нее, пытаясь остановить свои брови, непроизвольно ползущие выше и выше. Через десяток секунд до меня дошло, что надо ответить и, прокашлявшись, я выдавила:
— Это чрезмерно близкий контакт, да, в вашей ситуации это может быть заразно, причем обоюдно заразно, как он вас, так и вы его… Так что я бы рекомендовала купаться отдельно, пока не вылечите его. И себя. Да и вообще… Давайте я вам объясню назначения.
Следующие 15 минут прошли в попытках объяснить, что в назначениях все верно и рассчитано именно на вес и состояние собаки. Хозяйка пса торговалась за каждый пункт, то антибиотики слишком много, часто и долго, а нельзя ли пореже и поменьше, да и желательно не 6 недель, а максимум дней 5. То обработки слишком трудоемки, причем аж два раза в день, это слишком часто, вот пару раз в неделю — самое то. Воротник и ботиночки на прогулки одеть не даст, это лишнее. Как и мытье лап после прогулок, не любит, кусается. Конечно кусается, у него лапы болят сильно и постоянно, я бы тоже кусалась. В итоге лист назначений был сложен в несколько раз в убран в сумку, а женщина попросила:
— Может, сделаете укол, раз предполагаете что делали ему раньше?
— Мы не пользуемся данным препаратом, — покачала я головой, — лучше подумайте о лечении, ведь собака сильно мучается.
— Ой, да ладно, мучается, вон он смотрите какой веселый.
«Веселый» пес понуро сидел на смотровом столе, переминаясь с лапы на лапу, так как долго опираться на них было больно. Из свищей по каплям сочился гной.
Напоследок мне сказали, мол, жаль, что я не смогла помочь, на меня так сильно рассчитывали, а я взяла и назначила целую кипу всего, что сделать нереально. Я покивала головой и все же посоветовала в таком случае найти другого врача, который сможет помочь так как хочется ей, я же не вижу других вариантов. И вздохнула спокойно, надеясь никогда больше не встречаться с данной парочкой.

Следующий раз я увидела пса месяцев через 6-8. Сначала мне про него рассказала коллега на утренней пересдаче смены, но я не поняла, что это тот самый пес. А в середине дня пришли они. Я плохо запоминаю лица людей, постоянных клиентов я чаще узнаю по их животным, но данную женщину я запомнила еще и по сумке, в которой она носит собаку. А пришли они на обработку швов после ампутации пальцев. На трех лапах из четырех не хватало по 2-3 пальца. Пока я обрабатывала лапы, а хозяйка и ассистентка держали завернутого в полотенце агрессора, мне рассказали, что никто так и не смог вылечить бедного песика, мало того, еще и ампутировали так, что швы гниют, расходятся и не заживают.
— А воротник где? Тут отлично видно, что швы разлизаны. На задней лапе, куда он не достает, швы выглядят куда лучше.
— Ой, доктор, умоляю вас, какой воротник. Это все ветеринары такие у нас, неучи и неумехи, вылечить не смогли, пришлось оперировать, швы наложили плохо, а я вот мучаюсь. И обрабатывают тут у вас плохо, иначе бы давно все зажило.
— Не заживет тут ничего, если не будет воротника.
— Не каркайте! Вы уже и так не вылечили, да еще ампутацию накаркали в прошлый раз!
Я усмехнулась и молча закончила обработку. Есть люди, с которыми разговаривать вообще бесполезно. Рассчитывала ее ассистентка, я ушла, чтобы не высказать все, что думаю.
— Ну что, — язвительно сказала мне моя помощница, когда мы остались вдвоем, — тетя рассчитывала на фею, что махнет волшебной палочкой и собака выздоровеет, а ты оказалась злой ведьмой, которая накаркала ампутацию, да?
— Внешность обманчива, — улыбнулась я. А внутри было пусто и гадко, как минимум обидно, что так все получилось, жалко собаку и кипела злость на ее хозяйку. Одно утешало — таких «кадров» мало. Зато если такая заноза попадается, запоминается надолго, очень надолго.
О дальнейшей судьбе собаки, к сожалению, мне не известно. На следующую смену хозяйка все же смогла вывести меня из себя, я высказала все что думаю, получила за это штраф и выговор, но осталась вполне довольна. А женщина как и обещала, в нашу клинику больше ни ногой.

Метки: , , . Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

:bye:  :good:  :negative:  :scratch:  :wacko:  :yahoo:  B-)  :heart:  :rose:  :-)  :whistle:  :yes:  :cry:  :mail:  :-( 
:unsure:  ;-)